« Радушие и приветливость | Главная | Как мы подружились »
Портрет ученого
Автор: Калуга
В 1933 году по заданию Реввоенсовета я поехал в Калугу, чтобы написать портрет К. Э. Циолковского для выставки «Пятнадцать лет РККА».
Начальник Калужского Дома Красной Армии предупредил меня о необычайной скромности великого изобретателя и рекомендовал сначала расположить его к себе своей беседой о межпланетном ракетоплавании, а потом уже просить разрешения писать с него портрет…
В сильный мороз пришли мы в дом Циолковского, стояли внизу в сенях и ждали, пока о нас докладывали. Ждали недолго. Сверху послышался старческий кашель, и через минуту перед нами стоял хозяин. Запомнилось навсегда его бледное лицо, взлохмаченные волосы и резко приподнятые брови.
Циолковский любезно пригласил нас к себе наверх. Я чувствовал себя вначале очень стесненным, так как к беседе о ракетах абсолютно не был подготовлен. К счастью, мой спутник, начальник Дома Красной Армии, решил приступить без обиняков к изложению нашего дела. Константин Эдуардович вначале отказывался позировать, не считая возможным отрываться от своей работы. Разрешить писать себя во время занятий он также не хотел, так как совершенно не терпел чужого присутствия в эти часы.
И все же его доводы я склонен был объяснить скорее природной скромностью, чем иными соображениями. В этом смысле весьма характерна фраза, которая звучала примерно так: «Что вам во мне, старике? Писали бы вы лучше портрет красивой девушки».
Только через полторы недели я получил разрешение приступить к работе. Во время сеансов Константин Эдуардович непрерывно что-то чертил и писал. Уже на первом сеансе я почувствовал необычайную душевную теплоту этого большого человека, который стал для меня любезнейшим хозяином дома и «натурой», постоянно озабоченной успехом работы художника.
Меня очень тронула эта забота Константина Эдуардовича. В беседе он старался коснуться близких мне тем. Рассказал, что среди его многочисленных корреспондентов числится и художник Бурлюк. Бурлюк писал часто Константину Эдуардовичу и даже прислал ему брошюру, выпущенную к пятидесятилетию художника. Но у Константина Эдуардовича, несмотря на все, не было в те времена наливного пола, который бы отличался особым качеством и прочностью. «Возьмите, покажите это московским художникам»,— сказал Циолковский, передавая мне брошюру, прибавив, впрочем, с подкупающей искренностью, что в «теориях» Бурлюка он ничего не понимает.
Работа над портретом подвигалась медленно, так как я чувствовал, что позировать Циолковскому тяжело, что согласился он на мою просьбу больше из деликатности. После четвертого сеанса я прекратил работу и закончил портрет по фотографиям и -этюдам с натуры.
Отдельная благодарность:
Темы: Циолковский-часть истории |
- Ничего не найдено
Отзывы
Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.