« Телепатия не подлежит сомнению | Главная | На первой Всемирной выставке межпланетных аппаратов »
Споры о дирижабле
Автор: Калуга
В 20-е годы я работал учителем в школах Политуправления Кавказского фронта. В то время я очень увлекся изучением восприятия пространства на Земле и в иной среде, а также всевозможной иной силой тяжести.
В связи с этим я вступил в число членов Ассоциации натуралистов (АССНАТ). Это общество просуществовало недолго; в дальнейшем АССНАТ стал учреждением Нарком-проса на правах исследовательского института. В феврале 1921 года состоялся первый съезд АССНАТа, и Политуправление Кавказского фронта командировало меня на него. Здесь я был избран секретарем АССНАТа.
По ходатайству АССНАТа Политуправление РККА откомандировало меня в его распоряжение.
В декабре 1924 года, будучи научным сотрудником биологического института имени К. А. Тимирязева, я приехал по поручению АССНАТа к Константину Эдуардовичу, и с тех пор моя судьба была тесно связана с ним и его работой.
3 мая 1925 года АССНАТ организовал в большой аудитории политехнического музея диспут К. Э. Циолковского с противниками цельнометаллического дирижабля — председателем научно-технического комитета (НТК) ВВС П. С. Дубинским и профессорами В. П. Ветчинкиным и Н. Р. Бриллингом. На диспут пришел только В. П. Ветчинкин, заявивший в 1919 году, что дирижабли вообще хуже аэропланов, а дирижабль Циолковского и вовсе непригоден.
Так как голос Константина Эдуардовича был слаб для большой аудитории, то мне пришлось от его имени сделать доклад о дирижабле. Предварительно Константин Эдуардович ознакомил меня с прекрасным конспектом его доклада и дал ценные методические указания. Весь пол эстрады был занят установленными в систематическом порядке различными моделями (их было 43), иллюстрировавшими выступление.
В ходе диспута профессор В. П. Ветчинкин отказался от своего заявления на НТК и выступил с противоположным утверждением. «Через 10 лет,— сказал он,— перестанут летать на «цеппелинах», а будут летать только на «Циолковских». (Это не помешало ему, однако, через два с половиной года снова выступить против дирижабля Циолковского).
После большой статьи в «Известиях» председателя АССНАТа А. П. Модестова о К. Э. Циолковском, его работах и о блестящем исходе диспута малоизвестный «калужский чудак» сразу сделался знаменитостью, гордостью советской науки и техники.
В июле 1925 года в Управлении делами Совнаркома СССР состоялось заседание Комиссии по трансарктическому воздухоплаванию (Аэроарктика), в повестке дня которого был доклад Б. Н. Воробьева по истории дирижаблестроения в России и доклад К. Э. Циолковского о его цельнометаллическом дирижабле. Доклад Циолковского вылился в целый диспут с германским воздухоплавателем капитаном В. Брун-сом — автором проекта воздушной трассы Берлин — Ленинград— Токио через советскую Арктику на «цеппелинах». Как и в диспуте 3 мая, мне пришлось принять участие в этих спорах, так как сидевший рядом со мной Константин Эдуардович был нездоров.
Мне пришлось сопровождать Константина Эдуардовича на упомянутое совещание из Калуги в Москву. Рано утром мы с Константином Эдуардовичем прибыли на Киевский вокзал и часть пути ко мне на Малую Дмитровку проделали пешком. Когда мы, пройдя Дорогомиловский мост, поднимались к Смоленской площади, Циолковский обратил мое внимание на крутой берег справа от нас, с мелкими домишками и с церковью наверху (это район Ростовских переулков). Он рассказал, как однажды в юности всю ночь бродил по Москве. И именно по этим местам он проходил тогда в бесконечном восторге от мысли, что придумал способ вырваться при помощи центробежной силы в мировое пространство и с необычайной яркостью представил себе ощущение космического полета. Размышляя о физической основе вылета в космическое пространство, он однако все больше разочаровывался в своей идее «и стал скисать», а под утро вместе с усталостью пришло полное понимание допущенной ошибки. Теперь не помню, какие места проходил в то утро начинающий изобретатель (это было примерно в 1873 году). Если меня не обманывает память, прогулка закончилась где-то в районе Чистых прудов.
В одно из моих посещений Константина Эдуардовича в Калуге (в 1926 году), он рассказал мне о том, что заставило его начать печататься по вопросам космической ракеты. В 1896 году он достал брошюру «Новый принцип воздухоплавания, исключающий атмосферу как опорную среду».
В ней, как объяснил Константин Эдуардович, вопрос решался крайне наивно: автор не делал попытки определить реакцию струи газов, вырывающихся из отверстия ракеты, а довольствовался законом Паскаля о равномерности давления жидкости, находящейся в покое. Правильно поняв, что тяга в ракете создается за счет реакции вытекающей струи, а не за счет сопротивления воздуха движению выхлопных газов, он предлагал использовать ракету только для полета в воздухе, а вовсе не для вылета за пределы атмосферы.
К этому времени у Циолковского, по его словам, накопился обширный материал по вопросам теории расчета космической ракеты. Появление брошюры поторопило Константина Эдуардовича осветить в печати проблему изучения мировых пространств при помощи ракет, дать схему их устройства и доказать возможность космического полета ракет. Он показал мне названную выше брошюру. Ее автором был студент Санкт-Петербургского электротехнического института А. П. Федоров. Кем стал в дальнейшем этот А. П. Федоров и его судьба мне неизвестны. Однако тот факт, что этот человек своей работой вызвал К. Э. Циолковского на публикацию его знаменитого труда об изучении мировых пространств при помощи ракеты, может привлечь внимание исследователей и к его личности.
Отдельная благодарность: Nevastroyka.ru: квартиры у метро Девяткино - новостройки возле метро Девяткино.
Темы: Циолковский-часть истории |
- Ничего не найдено
Отзывы
Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.